Думаю, вряд ли кто на Северном флоте станет оспаривать, что День Воздушно-десантных войск России - праздник исключительно "голубых беретов". Конечно же, нет! И если вряд ли кто из нынешних десантников может заявить, что носил когда-либо черный морпеховский берет, то в десантно-штурмовом батальоне бригады морской пехоты СФ выходцев из ВДВ всегда было и есть достаточно. И именуются они в гарнизоне Спутник гордо - десантники-штурмовики!

Поэтому и чествует ежегодно в День ВДВ гарнизон морской пехоты своих товарищей, получивших в разные годы "путевку" в элиту Северного флота в десантных, "продуваемых всеми ветрами", войсках: капитана Сергея Смолева, старшего лейтенанта Алексея Грекова, лейтенантов Алексея Бурыкина и Эдуарда Горохова, старшего прапорщика Владимира Багрянцева. Несомненно, вспоминают "черные береты" и тех, кто еще совсем недавно умножал славу Спутника своей десантной закалкой, а сейчас перевелся к новому месту службы или уволился в запас: подполковников Константина Цирулиса и Владимира Вилкова, старшего прапорщика Константина Басараба и многих других.

Каждый из этих людей достоин быть увековеченным в легендах Спутника. К примеру, пулеметчиком десантно-штурмовой бригады начинал свой путь в ВДВ капитан Евгений Буздин. В свои тридцать лет он прошел Фергану, Баку, Москву 91-го и 93-го. Но сильнее всего опалил огнем офицера, потерявшего в Афганистане старшего брата, Грозный января 95-го. Однако после тяжелейшего ранения, стоившего Евгению левой руки, кавалер ордена Мужества капитан Буздин еще четыре года оставался в морпеховском строю. Был замначальника штаба батальона морской пехоты, заместителем командира десантно- штурмового батальона по воздушно-десантной подготовке. И с протезом совершал парашютные прыжки! Сейчас он служит в Нижнем Новгороде, в военкомате.

Прошел через горнило двух чеченских кампаний и другой бывший десантник, а ныне "черный берет" старшина десантно-штурмовой роты ДШБ старший прапорщик Владимир Багрянцев. Боевые награды на его груди как знак качества той закалке, героизму и сноровке, которые были апробированы в морпехе воздушно-десантными войсками.

Но не только "вэдэвэшное" прошлое некоторых спутниковцев роднит воздушных и морских десантников. В боевой подготовке десантно-штурмовых и разведывательных подразделений бригады МП СФ парашютным прыжкам отведена главная роль, такая же, как огневой подготовке и рукопашному бою.

К примеру, во время стратегических командно-штабных учений "Запад-99" двадцать семь морских пехотинцев из парашютно-десантной роты во главе с Героем России полковником Александром Черновым совершили боевое десантирование на полуостров Средний в тыл условного противника. Как и положено: "С неба - в бой!" захватили плацдарм и удерживали его, "вгрызаясь"

стр. 33

в гранитные сопки, до подхода основных сил морского десанта. Уже в следующем, 2000 году "черные береты" из вновь развернутой разведывательной роты бригады выполнили более восьмиста сорока парашютных прыжков.

- Воздушно-десантная подготовка для морских пехотинцев, - говорит начальник отдела боевого применения морской пехоты Управления береговых войск СФ полковник Анатолий Белезеко, - это в первую очередь возможность выполнять в полном объеме задачи по боевому десантно-штурмовому предназначению: и с моря, и с воздуха.

В 2002 году все подразделения, предназначенные для действий в ВТД, успешно сдали практическую часть наземной подготовки и в апреле совершили более ста пятидесяти прыжков с парашютом: в первую очередь - разведчики, парашютно- десантная рота, офицеры и прапорщики десантно-штурмового батальона.

- Материально-техническая база бригады, - рассказывает Анатолий Алексеевич Белезеко, - позволяет готовить весь личный состав для совершения прыжков с парашютом с соблюдением всех руководящих документов.

На воздушно-десантную подготовку "черных беретов" программой боевой учебы выделяется определенное количество часов. Но в бригаде вправе это дело корректировать, исходя из уровня подготовки личного состава. Командование "забивает" ВДП даже в план проведения "Курса молодого бойца" и готовит парней уже как будущих парашютистов.

Но было бы неверно думать, что список заполярных питомцев ВДВ ограничивается лишь бригадой морской пехоты. Есть в структуре Северного флота подразделение, где "фанатов" белых куполов также предостаточно. Имя ей - поисково-спасательная и парашютно-десантная служба морской авиации СФ. Возглавляет ПС и ПДС полковник Юрий Еремцов.

В 1986 году капитан Юрий Еремцов участвовал в воздушном десанте на остров Колгуев.

Задача - захват островов и проливной зоны морским и воздушным десантом. Выброска на Колгуев была экспериментальной, поэтому тщательно разрабатывалась главными штабами ВМФ и Воздушно-десантных войск. Прыгали морские пехотинцы с двух военно-транспортных самолетов. Численность десанта -пятьдесят человек: восемь разведчиков во главе с Еремцовым, остальные -десантники-штурмовики из ДШБ.

- Для нас трудностей в прыжке на Колгуев не было, - вспоминает Юрий Геннадьевич, - а вот летчикам пришлось попотеть: погода на пределе - нижняя кромка облаков 800 - 850 метров. А прыгали с шестиста. Поэтому штурманский расчет был жестким: приземлились километрах в полутора-двух от уреза воды. А если бы штурман ошибся, то "скатились" бы все в холодное море.

Аналогов колгуевской десантной операции по тому времени в Вооруженных Силах не было, да и по сей день, вероятно, нет.

Однажды командование предложило офицеру, имевшему после подготовки в знаменитом севастопольском учебном центре морской пехоты "Сатурн" квалификацию инструктора по парашютно-десантной подготовке, стать начальником парашютно-десантной службы бригады. Согласился. И как втянула его "подкупольная" жизнь! Работал так, что вся бригада за год совершала до четырех тысяч прыжков. У самого начальника ПДС счет "шагов" в поднебесье шел уже на сотни. Вскоре он стал мастером спорта.

Дважды у Еремцова не раскрывался парашют. Спасла "запаска". Сразу после приземления он поднимался с очередным вертолетом в небо и снова прыгал. Чтобы не сломаться...

Когда Еремцову предложили возглавить поисково-спасательную и парашютно- десантную службу ВВС Северного флота, Юрий Геннадьевич поначалу отказался: не захотел оставлять родную бригаду. "Переговоры" шли три года. Согласился лишь после того, как в его обязанности начальника ПС и ПДС добавили организацию парашютной подготовки для морских пехотинцев. Получилось, что и сейчас, служа в морской авиации, полковник Юрий Еремцов "крестит" поднебесьем дорогих его сердцу морских пехотинцев.

стр. 34

- Воздушно-десантная подготовка в морской пехоте Северного флота, - считает Юрий Геннадьевич, - идет стабильно на четверку. Мы проводим парашютные прыжки для "черных беретов" в комплексе с ВДП летного состава морской авиации, ее парашютно-десантных групп. Все десантно-штурмовые и разведывательные подразделения бригады МП в зимнем периоде обучения полностью выполнили прыжковую программу подготовки.

Основной все же огрех в морской пехоте, по мнению полковника Еремцова, - это текучесть кадров специалистов воздушно-десантной службы.

- Сейчас кадровый вопрос решается в лучшую сторону, - говорит Еремцов, - возвращаем в бригаду прапорщиков, которые уходили в другие подразделения. В воздушно-десантной службе Спутника формируется хороший коллектив. Я не говорю, что полностью он уже сложился и стал таким, как в прошлые годы. Однако, несмотря на трудности, команда ВДС складывается крепкая, желающая готовить парашютистов. Одни братья Геннадий и Валентин Горские чего стоят. Командование всех уровней, в том числе и морской авиации, это понимает и идет морпехам навстречу.

Что касается воздушно-десантной техники, то бригада морской пехоты СФ обеспечена ею на сто процентов. Нет только грузовой парашютной тары для десантирования минометного вооружения. Однако по учебно-тренировочным парашютам у "черных беретов" до 2006 - 2008 годов проблем не будет. Далее это уже войдет в компетенцию воздушно-десантных войск, так как по приказу министра обороны 1999 года все воздушно-десантное обеспечение морской пехоты возлагается на Главный штаб ВДВ. А раньше эти вопросы решал тыл МА СФ.

Также в том приказе сказано, что осуществлять организацию воздушно- десантной подготовки МП и контролировать ее должны воздушно-десантные службы флотов. А на сегодняшний день эта структура представлена лишь поисково-спасательной и парашютно-десантной службой морской авиации.

- Как таковой ВДС флотов нет, - рассказывает Юрий Геннадьевич. - Хотя необходимо, чтобы в управлении боевой подготовки СФ был офицер, который отвечал бы за десантную подготовку частей морской пехоты, летного состава. Потому что морская авиация не может, в частности, командовать береговыми войсками. И чтобы решить вопрос о проведении совместных сборов, приходится делать "крюк" через начальника штаба СФ, заместителя командующего по боевой подготовке, которые уже сами дают указания "береговикам". А если бы в штабе флота был специалист по парашютному делу, он бы готовил приказ командующего либо начштаба СФ для всех. Пока же морская авиация как бы приглашает их на свои сборы.

Особенно проблема сборов актуальна для инструкторского состава морской пехоты, который, понятно, должен быть на голову выше своих подопечных и, соответственно, иметь больше прыжков. Раньше в МП создавали группу подготовки инструкторского состава парашютно-десантной подготовки из офицеров и прапорщиков десантируемых подразделений бригады. Сейчас такого уже нет. Хотя возрождать надо, чтобы каждый инструктор в ДШБ имел не менее ста прыжков. Понятно, что при годовой норме в шесть прыжков до инструкторской "планки" без специальных сборов не дотянуть. У самого же Еремцова на момент нашего разговора было уже 872 прыжка...

К сожалению, на Кольском полуострове ни у одной из силовых структур парашютно-десантная подготовка не поставлена как приоритетная в боевой подготовке. Более менее еще - на Региональной поисково-спасательной базе в аэропорту "Мурманск", где все - бывшие инструкторы ДОСААФ, ушедшие в спасатели после его распада. А под эгидой РОСТО взамен так ничего и не создали. Юрий Еремцов и его сподвижники-парашютисты планируют лично обратиться к губернатору Мурманской области Юрию Евдокимову с просьбой восстановить в РОСТО авиаспортивный клуб. Тем более в соответствии с Постановлением Правительства России "Положение о подготовке граждан Российской Федерации к военной службе" и приказом министра обороны североморцы организовали в парашютном классе одной из авиационных частей учебную группу, где обучают детей в возрасте от 14 до 18 лет.

- В прошлом году подготовили 152 человека из Североморска, Оленегорска, Кировска и Апатитов, - рассказывает Юрий Геннадьевич, - "дали" им по три прыжка. На 3-й спортивный разряд по парашютному спорту, если так брать.

Парашютисты работу с молодежью не оставляли и оставлять не собираются, потому что считают: нужно в Заполярье популяризировать авиационные виды спорта. Средств нет, все находится в зачаточном состоянии, но все равно североморцы это дело пробивают. Заинтересовывают мальчишек, девчонок. И все это под эгидой водолазно-парашютного клуба "Спасатель", созданного полковником Еремцовым и его коллегами, который име-

стр. 35

ет лицензию, как того требуют постановление и приказ министра обороны о подготовке граждан к военной службе.

- Несколько мальчишек, которые прыгали еще в позапрошлом году, - говорит Еремцов, - после призыва попали в бригаду морской пехоты Северного флота, Псковскую воздушно-десантную дивизию. Мы в "Спасателе" даем удостоверение, что они прошли подготовку, имеют прыжки.

Но такое развитие ситуации - скорее исключение, чем правило. Пытались "спасатели" заинтересовать и привлечь к своей клубной деятельности Мурманский облвоенкомат, Североморский райвоенкомат. Но увы...

- По крайней мере один раз заезжал в облвоенкомат, - рассказывает Юрий Геннадьевич, - три раза был в Североморском военкомате - все головой кивают: мол, да - идея, программа хорошие. Я им предлагал: давайте нам списки парней, которые, по вашим раскладкам, пригодны к службе в ВДВ, МП. "Да, да", - отвечали мне. Однако, воз и ныне там. Так что через объявления в газетах, знакомых приглашаем ребят на занятия в клуб. А обращают ли на них внимание при призыве военкоматские сотрудники, не знаю...

Проблема предоставления авиационной техники и подготовки летных экипажей для выброски парашютистов - старый вопрос, тяжелый. На данный момент парашютистов "бросают" с военно-транспортного самолета ан-26 и вертолета Ми-8 морской авиации Северного флота. Экипажи, подготовленные на Ми-8, в МА есть. Три. И один экипаж на Ан-26. По топливу также обычно проблем не возникает: Ми-8 "съедает" за прыжковый день 2 тонны керосина, Ан-26 - 5 - 7 тонн. Но это не такие большие цифры по сравнению с учебно-боевым вылетом, когда "съедается" по 30 -40 тонн топлива.

- Единственно, у нас проблема, -говорит полковник Еремцов, - это оборудование Ми-8, десантный вариант, для прыжков морской пехоты. Инженерно-авиационная служба морской авиации ВМФ, в чьем ведении находится вопрос, не очень-то помогает, а ведь только она может делать заказы на заводы от ВМФ на авиационные запчасти. В 2001 году выделили для переоборудования двух вертолетов МА СФ 90 тысяч рублей, но эти деньги "ушли": Москва просто забрала их и передала на закупку другого оборудования и снаряжения. В 2002 году выделили уже 45 тысяч рублей для переоборудования. Как они будут освоены и когда? А вертолет, переоборудованный под десантный вариант, нужен как воздух, который наполняет наши купола...

К слову, в служебной деятельности парашютно-десантных групп морской авиации парашютная подготовка также занимает особое место. Ведь может случиться, что единственный способ в заполярной местности добраться до потерпевших -это при помощи парашюта. Был случай, когда у пограничников вертолет Ми-26 разбился на островах Земли Франца-Иосифа, и Арктическое региональное управление ФПС РФ запросило у морской авиации СФ именно парашютно-десантную группу с самолетом ан-12. Готовили ПДГ для десантирования на один из островов архипелага. Но в последний момент задачу отменили, так как потерпевших аварию спасли вертолетом с ледокола.

- Хотелось бы больше времени заниматься со своими людьми поисково- спасательной и парашютно-десантной подготовкой, - делится полковник Еремцов. - Но я один, а различных вопросов много. Потому что поисково- спасательная подготовка - это взаимодействие и с Управлением поисковых и аварийно-спасательных работ, и с ГО и ЧС, и Арктическим региональным управлением ФПС - именно по поиску и спасению, так как район у нас приграничный. Например, в ВВС РФ у начальника ПС и ПДС есть заместитель по парашютно-десантной подготовке и боевому выживанию, который решает чисто "парашютные" вопросы. На Северном же флоте такого человека нет, с 1983 года должность сокращена. Бьемся, бьемся, чтобы обратно ввести, но на фоне сокращения Вооруженных Сил дело пока стопорится.

Вот и получается, что за громким название ПС и ПДС МА СФ стоит один лишь полковник Юрий Еремцов, которого порою "высвистывают" со сборов, если возникают вопросы по его "кафедре" при организации дежурных служб вертолетных экипажей. После он вновь уезжает на сборы, что называется, спинным мозгом чувствуя неотвратимость очередного вызова в штаб. Словом, дерготня одна. Хотя есть директива начальника Генерального штаба о введении вновь должности зама по ПДП. Однако директива не выполняется ОМУ ВМФ. Что, кстати, и отметил на последних сборах начальников ПС и ПДС начальник Федерального поисково-спасательного управления РФ генерал-майор Пронин. Не выполнена и директива о создании штатной спасательной парашютно- десантной группы на каждом флоте, подписанная начальником Главного штаба ВМФ адмиралом Кравченко.

Однако полковник Еремцов руки не опускает: не в его характере это, да и с подкупольным небом сроднился раз и навсегда. Частенько "забирается" на высоту две с половиной - три тысячи метров. Под стать Юрию Геннадьевичу и его нынешние подчиненные, до самозабвения преданные заполярному небу, белым куполам. Кстати, многие из них также воспитанники воздушно- десантных войск. Не одну сотню невидимых глазу "стежек" прочертили в затяжных прыжках майор Николай Куликов, старшие прапорщики Юрий Березин и Виталий Ермилов, прапорщики Владимир Федяй, Игорь Чайковский и Михаил Синюков. Прочертили, совершенствуя профессиональное мастерство, спасая человеческие жизни. Не единожды слышал, что парашютизм - это не просто спорт или вид боевой деятельности. Для них, сильных и мужественных людей, - это религия...

... Чаще всего в вертолете мне приходилось делать всего лишь два шага. Первый - от откидной скамейки к распахнутой двери "ми-восьмого". "Вертушка" на восьмистах метрах зависает над точкой выброски. Выпускающий стоит рядом, расчетливо глядя вниз, чтобы ты случайно не "просвистел" мимо аэродрома. Учитывается все: высота, восходящие и нисходящие потоки, порывы ветра. Внизу - земля, больше схожая с картой. Вот инструктор кладет руку на плечо и коротко: "Пошел!.."

Второй шаг - уже в поднебесье...

Капитан 3 ранга Сергей ВАСИЛЬЕВ.

Permanent link to this publication: