"Я предпочитаю пустыню, но русскую, чем край возделанный, но китайский". В этом выражении Унтербергера - одного из приамурских генерал-губернаторов - отразились, пожалуй, извечные противоречия в отношениях между Китаем и Дальним Востоком России. Первое столкновение интересов двух стран произошло еще в XVII веке, когда на Дальний Восток один за другим шли русские купцы и исследователи: Поярков, Хабаров и многие другие. Именно казакам Хабарова пришлось впервые отбиваться от китайских войск. Случилось это во время зимовки в Ачанском остроге, и отряд Хабарова с честью вышел из сражения. Затем последовал штурм маньчжурскими войсками крепости Албазин, ее разрушение и заключение Нерчинского договора. Русские поселенцы были вынуждены покинуть Приамурье. Больше чем на полтора века Приамурский край опустел. И только в XIX веке на Дальнем Востоке, в низовьях Амура, вновь появились русские поселения. Приамурье и Приморье снова становились русскими территориями. Впрочем, проблемы с ближайшим соседом России на Дальнем Востоке оставались. В конце XIX века каждый новый генерал-губернатор Приамурья был вынужден решать вопросы взаимоотношений с Поднебесной и наплывом ее подданных на российскую территорию. Еще барон Корф в своем отчете (1886 г.) писал, что китайцы пытаются захватить лучшие земли, причем селиться предпочитают вдоль границы. Корф даже ввел запрет на приобретение иностранцами земли. Но большего сделать не смог. Население Дальнего Востока было еще настолько малочисленным, что труд китайских поселенцев во многом поддерживал всю жизнь края. По-настоящему с проблемой китайцев пришлось столкнуться последнему генерал-губернатору Приамурья Николаю Львовичу Гондатти. После китайской революции 1910 г. российский Дальний Восток буквально захлестнул поток беженцев из соседней страны. В поисках работы, денег или легкой наживы в Приамурье ежегодно прибывали свыше 100 тысяч китайцев. И каждый из них выбирал один из трех путей: устраивался на промышленное предприятие, уходил в торговлю ... Читать далее